Расширенный поиск
Зарегистрироваться
   

Не только светлые цеха…

19/07/2004   Н.В. Михайлов

Новые здания Государственной типографии на Гатчинской улице поражали своими размерами и изяществом не только петербургских обывателей. В восторге были и сами типографские рабочие, без сожаления расставшиеся с тесными и темными мастерскими на Инженерной улице, 2. В день торжественного освящения новых зданий, 28 ноября 1910 года, "от лица всех рабочих типографии выборные их старосты обратились с просьбой повергнуть к стопам Его Императорского Величества их верноподданнические чувства и беспредельную благодарность за милостивые заботы об улучшении условий их труда, выразившееся в устройстве просторных и светлых новых типографских помещений". Напротив этих строк всеподданнейшего доклада государственного секретаря Николай II 2 декабря собственноручно начертал: "Искренно всех благодарю" (1).

Итория полиграфии, Полиграфия в статьях, Новые здания Государственной типографии на Гатчинской улице поражали своими размерами

Рабочим действительно было за что выражать свою признательность. Комплекс новых типографских зданий располагал не только хорошо оснащенными производственными цехами, но и целым рядом помещений социально-бытового назначения. Большой трехэтажный дом по Гатчинской улице, отделенный от главного производственного корпуса Государственной типографии воротным проездом и связанный с ним переходом на уровне второго этажа, в проектных документах именовался Зданием рабочих организаций. В нем разместились общежития рабочих и учеников, амбулатория, потребительская лавка, баня, прачечная и театральный зал.
Первоначально предполагалось построить три отдельных жилых флигеля для общежития всех, в том числе и семейных рабочих типографии. Однако члены Комиссии для заведования постройкой новых типографских зданий категорически высказались против. "…Опыт последних лет, - отмечалось на заседании 17 апреля 1907 года, - выяснил, что все такого рода общежития являются очагом революционной пропаганды. Находясь в общежитии, рабочие в свободное от занятий время вырабатывают себе особую организацию и столкновения их с администрацией становятся все чаще, а требования упорнее" (2).

Как ни сопротивлялся этому решению Комиссии начальник типографии В.А. Чунихин, по вопросу о строительстве трех жилых флигелей ему пришлось уступить. Но идею рабочего общежития «для некоторой части семейных рабочих», чтобы всегда иметь под рукой некоторое число мастеровых для не терпящих отлагательства работ, ему все-таки удалось отстоять. В особом мнении, поданном в Комиссию 5 декабря 1906 года, Чунихин отмечал, что наличие квартир для семейных мастеровых, «несомненно, даст возможность организовать такой кадр рабочих, которые, хотя бы даже из эгоистических побуждений, сочтут себя обязанными охранять спокойствие и порядок в стенах типографии» (3). Общежитие на 30 рабочих и 30 учеников разместилось не в отдельных флигелях, а в дворовом корпусе Здания рабочих организаций.

В 1911 году в помещениях, выходящих на Гатчинскую улицу, справа от главного входа Общество потребителей Государственной канцелярии и Государственной типографии открыло Потребительскую лавку. На ее обзаведение было отпущено 3000 рублей из специальных средств типографии (4). Лавка представляла собой магазин с достаточно широким ассортиментом продовольственных товаров, начиная от кондитерских изделий, хлеба, круп, чая, сахара, овощей, зелени, и заканчивая молочными и мясными продуктами. Кроме того, в наличии всегда имелись табак, керосин, посуда и другие необходимые в быту мелочи. Главным продуктом торговли являлся хлеб, производимый собственной пекарней. В 1912 году ежедневно в среднем выпекалось около 62 пудов черного, белого и ситного хлеба, причем обходился он покупателям на 0,5 копейки дешевле, чем в других булочных, и стоил соответственно 2,5, 3 и 5,5 копейки за фунт (5). Рабочие и служащие типографии пользовались в своем магазине кредитом, получая товары по заборным книжкам.

Но, конечно, главной достопримечательностью Здания рабочих организаций был театральный зал. Войдя в парадный подъезд, миновав просторный вестибюль и поднявшись по широкой застланной ковровыми дорожками лестнице, посетитель попадал в огромный зал с балконом и постоянной сценой, который одновременно мог вместить всех работников типографии — до тысячи человек. На фотографии начала 1920-х годов видны ряды венских стульев, которые специально для этого помещения были приобретены типографией в 1911 году. Зал предназначался не столько для собраний, столь привычных в советское время, сколько для проведения семейных вечеров, праздников и театральных постановок.

Администрация Государственной типографии весьма благосклонно относилась к организации подобного рода мероприятий, в которых принимали участие не только сотрудники типографии – служащие и рабочие, — но и члены их семей. «Спектакль устроенный 6-го мая в Государственной типографии следует отнести к удачнейшим в минувшем сезоне, — отмечал корреспондент журнала «Наборщик и печатный мир» в 1906 году. — Громадная наборная… была превращена в зрительный зал, в конце которого виднелась сцена. Гостей в высшей степени любезно встречал начальник Государственной типографии, действительный статский советник В.А. Чунихин и его помощник Г.Г. Ходунов. Почти все служащие и работающие в типографии были налицо. В зале царило редкое оживление». Публике были представлены пьеса А.П. Чехова «Медведь», водевиль «Денщик подвел» и комедия-шутка «Приличие». 13-летняя дочь начальника типографии Зинаида «с высоким подъемом» прочитала стихотворение «Жена ямщика», «по окончании ей дружно и сильно аплодировали» и упросили прочитать еще одно стихотворение (6).

Этот удавшийся во всех отношениях вечер проходил еще в стенах старого здания типографии на Инженерной улице, 2. В.А. Чунихин, большой любитель театральных постановок, не скрывал своей зависти к Экспедиции заготовления государственных бумаг, располагавшей к тому времени собственным театральным залом. Когда началось проектирование новых зданий, он добился включения в проект аналогичного зала для Государственной типографии.

Чунихин не дожил до завершения строительства своего детища, он скоропостижно скончался в апреле 1909 года. Новый начальник типографии действительный статский советник П.А. Шевелев, видимо, был не столь ярым поклонником театральной жизни. Театральный зал был сдан строителями с недоделками и вначале использовался почти исключительно для проведения праздников и собраний. 6 января 1911 года по просьбе рабочих для их семейств здесь была устроена новогодняя елка, впоследствии ставшая традиционной (7). Также ежегодно отмечался и День основания типографии. При Чунихине его праздновали 21 мая, в день, когда в 1828 году были пущены в ход печатные станы Типографии II Отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии. С 1911 года, по инициативе Шевелева, празднование было перенесено на 22 сентября, день подписания Николаем I указа об учреждении типографии в 1827 году (8).

Особо торжественно в Государственной типографии отмечалось 300-летия Дома Романовых. 21 февраля 1913 года, в 2 часа дня, в печатном цехе состоялся благодарственный молебен, после которого участники празднования собрались в театральном зале на общий завтрак, а для учеников был дан обед в общежитии. На следующий день в театральном зале прошел «парадный спектакль». Всем работавшим в Государственной типографии на него было выдано по одному бесплатному билету и сверх того по одному билету на танцы. Начальник типографии П.А. Шевелев приказал сложить с рабочих все наложенные по 21 февраля и еще не удержанные из зарплаты штрафы. Кроме того, он распорядился считать службу в типографии без перерыва для наборщиков, уволенных за забастовку в начале мая 1912 года и принятых обратно (9).

Для начальника типографии этот праздник имел и особое личное значение. За заслуги по подготовке в Государственной типографии юбилейных изданий к 300-летию Дома Романовых находившийся на гражданской службе генерал-майор в отставке действительный статский советник П.А. Шевелев «в изъятие из закона» получил право вновь именоваться генерал-майором. Высочайшее соизволение об этом последовало 17 февраля, а объявление монаршей воли было назначено на первый день Пасхи, 14 апреля 1913 года (10). Так сбылась заветная мечта начальника типографии, а все дни торжеств были для него временем приятного ожидания официального признания его заслуг.

Разрешение от Городской управы на использование театрального зала по прямому назначению администрация Государственной типографии получила только в ноябре 1913 года на театральный сезон 1913–1914 годов. Вместимость зала была установлена в 750 человек для партера и 100 человек для балкона (11). Театральная жизнь в стенах Государственной типографии началась, несмотря на запрещение Городской управы использовать сцену до приведения в порядок ее электрооборудования. 25 января 1914 года ансамбль украинских артистов представил здесь оперу по пьесе И. Котляревского «Наталка Полтавка» (12). В воскресенье, 9 февраля, группа драматических артистов под управлением Рафальского показала драму Г. Гейермана «Гибель «Надежды»», 12 февраля состоялся концерт-бал, а на следующий день традиционный бал-маскарад Гимнастического общества «Сокол II». Все вечера и спектакли в театральном зале типографии заканчивались танцами, которые продолжались до 3 часов утра (13).

Наиболее значительным событием в театральной жизни Государственной типографии должна была стать постановка оперы Ж. Бизе «Кармен», декорации для которой были выполнены в студии художников Е.Б. Дункель и П.Я Кушнир, а костюмы в мастерской братьев Лейферт. Предполагалось, что после премьеры на сцене театрального зала типографии, доход от которой пойдет в пользу кассы «Товарищеская помощь», опера будет показана и на других сценических площадках Петербурга. Однако устроителей спектакля ожидал полный конфуз.

Намеченную первоначально на 8 февраля премьеру пришлось перенести на более поздний срок из-за начавшейся 25 января забастовки рабочих типографии. Наконец, с разрешения П.А. Шевелева спектакль назначили на 23 февраля, не приняв во внимание, что эта дата приходится на первое воскресенье Великого поста. Билеты были проданы, но когда публика собралась, вмешалась полиция и запретила представление. Скандал получил огласку, и начальнику типографии пришлось давать объяснения по этому поводу государственному секретарю (14). Попутно выяснилось, что администрация типографии не имела права проводить в театральном зале спектакли, так как электрическое оборудование сцены не было приведено в порядок в соответствии с предписанием Городской управы. В связи с этим обстоятельством управление градоначальника запретило проведение в театральном зале Государственной типографии не только спектаклей, но даже концертов и лекций (15).

Весной 1914 года администрация типографии наметила меры по ремонту электрооборудования, чтобы получить разрешение на использование зала в следующем театральном сезоне. Однако первая мировая война спутала все планы. Не успев начаться, театральная жизнь в стенах Государственной типографии замерла. Осенью 1914 года в театральном зале уже стояли койки для раненых на полях сражений российских воинов, здесь открылся лазарет имени наследника цесаревича Алексея Николаевича. Но это уже другая история.

Литература
1. Приказ по Государственной типографии № 141 от 3 декабря 1910 г. // ЦГИА СПб., ф. 1510, оп. 1, д. 121, л. 232.
2. Журнал Комиссии для заведования постройкой новых типографских зданий № 5 от 17 апреля 1907 г. // РГИА, ф. 1216, оп. 1, д. 4, л. 16.
3. Там же, л. 6 об.
4. Копия журнала Хозяйственного комитета при Государственной канцелярии № 14 от 30 апреля 1911 г. // ЦГИА СПб., ф. 1510, оп. 1, д. 213, л. 96 об.-97.
5. Отчеты правления продуктового магазина с 3 сентября 1912 по 1 января 1913 г. и с 1 июля 1913 по 1 января 1914 г. // Там же, д. 204, л. 43-46; 63-64.
6. Наборщик и печатный мир. 1906. Май. № 121. С. 738.
7. Письма начальника Государственной типографии П.А. Шевелева государственному секретарю от 3 января и 31 декабря 1911 г. // ЦГИА СПб., ф. 1510, оп. 1, д. 138, л. 1, 50.
8. Приказ по Государственной типографии № 44 от 16 мая 1911 г. // Там же, д. 121, л. 313.
9. То же № 15 от 19 февраля 1913 г. // Там же, д. 387, л. 31-32 об.
10. Письмо военного министра В.А. Сухомлинова государственному секретарю С.Е. Крыжановскому от 26 февраля 1913 г. // РГИА, ф. 1162, оп. 1, д. 1257, л. 69.
11. Акт Комиссии по надзору за театрами, цирками и залами общих собраний Городской управы С.-Петербурга от 30 ноября 1913 г. // ЦГИА СПб., ф. 1510, оп. 1, д. 443, л. 231.
12. Программа вечера в Государственной типографии 25 января 1914 г. // Там же, л. 59.
13. Программы вечеров и концертов в Государственной типографии 9, 12, 13 февраля 1914 г. // Там же, л. 83, 107-115, 118.
14. Письмо начальника Государственной типографии П.А. Шевелева государственному секретарю от 14 марта 1914 г. // Там же, л. 183-183 об.
15. Письмо заведующего театральным залом В. Сихарулидзе председателю Театрального комитета по постановке спектаклей в пользу кассы «Товарищеская польза» от 6 марта 1914 г. // Там же, л. 178.

По материалам журнала "Полиграфист и Издатель"
 
Статьи
Рекомендуем
Интервью
Пресс-релизы
Спецпредложения
 


Реклама
Экспресс-заказы
Вы можете отправить заказ на изготовление полиграфической продукции одновременно в несколько проверенных типографий.

В ответ Вы оперативно получите только реальные предложения от реальных изготовителей.



О портале | Реклама | RSS-каналы | Рассылка | Контакты

Любое использование материалов портала RuPrint.Ru допускается только с письменного разрешения правообладателя.
Автоматизированное извлечение информации запрещено. Правила использования.

Copyright © 2002 - 2008 RuPrint.Ru. All rights reserved.